ков железной
  дороги.
   Товарный поезд из Салоник теперь был итальянским составом с тайным
  предписанием Рима, служившим для него прикрытием. Все его передвижения
  осуществлялись в соответствии с указаниями, содержащимися в бумагах,
  передаваемых диспетчерам. А указания эти были столь чудного свойства, что
  могли быть только плодом непостижимых замыслов самого дуче.
   Началась гонка по спирали. Мимо пролетали города и деревни: Сан-Джорджо,
  Латизана, Мотта-ди-Левенца - их поезд следовал по пятам за итальянскими
  товарными и пассажирскими составами. Тревизо, Монте-беллуна и Вальдано,
  потом на запад к Мальчезине, что на берегу Лаго-ди-Гарда, потом по водной
  глади озера на неторопливом грузовом пароме и - на север, к Брено и
  Пассоделла-Презолана.
   И везде они встречали лишь объединявший людей страх. Везде.
   У Комо кружный путь кончился, начался бросок. Сначала устремились на
  север, потом резко повернули на юг, к Лугане, проследовали вдоль швейцарской
  границы к Санта-Мария-Маджоре, углубились в Швейцарию у Зас-Фе, где товарняк
  из Салоник вновь стал тем, чем был на самом деле. С одним маленьким
  изменением.
   Его внесло двадцать второе предписание из кожаного кошелька Петрида.
  Фонтини-Кристи в очередной раз обеспечил простейшее объяснение: швейцарская
  Комиссия международной помощи, расквартированная в Женеве, разрешала
  Восточной церкви пересекать границу страны, чтобы доставлять