своим
  монахам в окрестностях Валь-де-Грессоне. Было понятно, что вскоре для
  подобных провиантских составов границы закроются. Война разгоралась, и скоро
  поездов ни с Балкан, ни из Греции уже не будет...
   Из Зас-Фе товарный поезд устремился на юг и вскоре остановился на
  сортировочной станции в Церматте. Была ночь. Предстояло дождаться, пока
  закончатся все погрузочно-разгрузочные работы, тогда к ним подойдет человек
  и подтвердит, что перевели очередную стрелку. И тогда они перейдут на южную
  ветку и устремятся в глубь итальянских Альп, к Шамполюку.
   Без десяти девять вдали показался железнодорожник: он быстрым шагом
  направлялся к ним от церматтских складов. Последние несколько ярдов он
  пробежал и еще издалека крикнул:
   - Поторопитесь! Путь на Шамполюк свободен. Нельзя терять ни секунды.
  Стрелка подключена к центральной линии связи, и перевод могут засечь. Быстро
  уезжайте!
   И в который уже раз Аннаксас принялся высвобождать могучую энергию
  давления, рожденного ревущим в топке огнем, и снова поезд рванулся во тьму.
   Высоко в горах, около одного из альпийских перевалов, им должны подать
  сигнал. Никто не знал, где точно.
   Знал только Савароне Фонтини-Кристи.
   Легкий снег тонким покрывалом ложился на алебастровую поверхность земли,
  залитую лунным светом. Они проскочили горные туннели и, огибая подошву горы,
  помчались на запад, оставив угрожающе крутые обрывы справа. Стало холодно.
  Петрид