ть на восемь лет.
   Чокнутые заволновались. Их толпы собирались у призывных пунктов, они
  орали всякие лозунги, пели свои дурацкие гимны. И забрасывали окна и стены
  пластиковыми пакетами, наполненными дерьмом.
   Однажды, во время пикетирования, к нему подошел брат, молча посмотрел на
  него в упор. Потом сказал:
   - Ты меня разбил. Спасибо.
   И быстро пошел к шеренгам самодеятельных революционеров.
   Воспоминания Эндрю прервал Эл Уинстон, бывший Вайнштейн, инженер
  авиакосмической компании. Уинстон окликнул его и стал пробираться к нему
  сквозь толпу. Эл Уинстон имел несколько военных контрактов e жил в Хемптоне.
  Эндрю не любил этого Уинстона-Вайнштейна. Встречаясь с ним, он всегда
  вспоминал другого еврея и сравнивал их. Тот попал в Пентагон, отсидев четыре
  года в окопах под ураганным огнем в трясинах дельты Меконга. Капитан Мартин
  Грин был крутой мужик, настоящий солдат, не то, что этот слюнтяй
  Уинстон-Вайнштейн из Хемптона. И Грин не получал доходов от накрутки цен. Он
  просто следил за ценами и вносил их в свой каталог. Мартин Грин был одним из
  них. Он состоял в "Корпусе наблюдения".
   - Поздравляю с днем рождения, майор, - сказал Уинстон, поднимая стакан.
   - Спасибо, Эл. Как дела?
   - Шли бы куда лучше, если бы мне удалось скинуть вам, ребята,
  какой-нибудь товар. Наземные войска iас не поддерживают, - усмехнулся
  Уинстон.
   - Но ведь ты неплохо держишься и в воздухе. Я где-то