оисходит. И его скитания завершились в Сан-Франциско, где шла битва,
  смысл и цели которой ему были понятны. Где он мог помочь. Пока не вмешался
  славный воин и все не испортил...
   Адриан улыбнулся, вспомнив утро после той ужасной ночи в Сан-Франциско.
  Он тогда напился вусмерть и очнулся в доме одного адвоката на мысе
  Мендосино, далеко за пределами Сан-Франциско. Он чувствовал себя
  отвратительно, его рвало.
   - Если ты действительно тот, за кого себя выдаешь, - сказал ему адвокат
  из Мендосино, - то можешь добиться куда большего, чем все мы вместе взятые.
  Черт побери, мой папаша был дворником в мелкой корпорации.
   И в течение последующих семи лет Адриан старался вовсю. Но он понимал,
  что все в его жизни только начинается.
   - Это же конституционное противоречие! Не правда ли, Адриан?
   - Что? Извини, я не слушал. Что ты говоришь? Студенты, жарко спорящие о
  чем-то у бара, замолкли. Теперь все глаза устремились на него.
   - Свободная пресса против предвзятости обвинения, - сказала, запинаясь,
  девушка с горящими глазами.
   - Мне кажется, это "серая зона", - ответил Адриан. - То есть тут нет
  стандартных подходов. В каждом конкретном случае надо выносить конкретное
  решение.
   Но молодым показались недостаточными его объяснения, и они загалдели,
  возобновив спор.
   "Серая зона". Сайгонский "Корпус наблюдения" тоже был "серой зоной" всего
  лишь несколько недель назад. В Вашингтоне распространились