пять
  лет, силясь все осмыслить, но это уже другой рассказ, неуместный здесь. Надо
  было знать кардинала лично, чтобы понять.
   Я лишен сана. Недуги, подстерегающие человека в африканских джунглях, уже
  заявили о себе, и, благодарение Господу, я не убоюсь смерти. Ибо я отдал
  всего себя покаянию. Я замолил свои грехи и терпеливо дожидаюсь суда
  Господа.
   Но, прежде чем я предстану пред очи нашего Господа, я бы хотел довести до
  вашего сведения информацию, утаить которую будет не меньшим грехом, чем тот,
  за который мне уже воздалось.
   Дело Донатти продолжается. Некий человек, один из трех священников,
  лишенных сана и отправленных за решетку по приговору гражданского суда за
  нападение на вас, вышел на свободу. Как вам должно быть известно, Другой
  покончил с собой, третий умер от болезней в тюрьме. Человек же, уцелевший и
  вышедший из тюрьмы по причинам мне неведомым, вновь посвятил себя поиску
  пропавших рукописей из Салоник. Я сказал - по причинам мне неведомым, ибо
  кардинал Донатти был скомпрометирован и не пользовался доверием в высших
  кругах Я Ватикана. Греческие документы не в силах поколебать устои Святой
  Матери-Церкви. Божественное откровение не может быть оспорено писаниями руки
  смертного.
   Сей лишенный сана священник называет себя Энричи Гаэтамо. Он упорствует в
  ношении сутаны, которую апостольским указом ему запрещено надевать. По моему
  разумению, годы, проведенные им в исправительном учреждении,