зве у ворот имения нет сторожей? - спросил он.
   - Не сегодня, хозяин, - ответил шофер. - Сегодня сторожей нет. И
  священников папской курии - тоже.
   Фонтин резко подался вперед. Металлическая палка выскользнула из его рук.
  Он в упор смотрел на шофера
   - Меня обманули.
   - Нет. За вами наблюдали. Вас ждали. Там, в доме, вас ожидает человек.
   - Один?
   - Да.
   - Энричи Гаэтамо!
   - Я же вам сказал, сейчас здесь нет священников курии. Пожалуйста,
  зайдите в дом. Вам помочь?
   - Нет, я сам. - Виктор медленно вылез из машины. Каждое движение давалось
  ему с трудом, но резь в глазах уже прошла, боль в позвоночнике отпустила. Он
  понял. Его сознание переключилось. Он приехал в Кампо-ди-Фьори за ответами.
  Чтобы вступить в бой. Но он не думал, что все произойдет вот так...
   Он поднялся по широким мраморным ступенькам к дубовым дверям своего
  детства. Он остановился и стал ждать, когда наступит, как ему казалось,
  неизбежное чувство всепоглощающей печали. Но оно не пришло, потому что дом
  был безжизнен.
   Он услышал за спиной рев автомобильного мотора и обернулся. Шофер
  развернулся и помчался по дороге к главным воротам. Кто бы он ни был, ему не
  терпелось побыстрее скрыться.
   Виктор еще смотрел вслед удаляющемуся автомобилю, когда раздался щелчок
  замка. Он повернулся к дубовой двери. Дверь отворилась.
   Он не мог скрыть, насколько поражен. И не хотел скрывать. Все его тело
  сотрясалось от гнева.