ых участках неосвещенного шоссе.
   Однако он и не думал о погоне. В Рок-Крик-парке Грин сказал, что он,
  Эндрю, под колпаком. Но если бы Генеральная инспекция за ним охотилась, его
  могли бы сцапать еще в аэропорту. Ведь в Пентагоне точно знали, где он
  находится: телеграмма из министерства вернула его из Сайгона домой.
   Значит, приказа о его аресте еще нет. Сомневаться, однако, в том, что в
  ближайшие дни, а то и часы такой приказ будет подписан, не приходилось -
  конечно, будет! Но он как-никак сын Виктора Фонтина. И в Пентагоне не станут
  торопиться. Армейское начальство поостережется бросать обвинения члену
  семейства Рокфеллера, или Кеннеди, или, если уж на то пошло. Фонтина.
  Пентагон будет настаивать, чтобы офицеры "Корпуса наблюдения" были
  доставлены в Вашингтон для дачи показаний. В Пентагоне не любят рисковать
  или надеяться на волю случая.
   А это означает, что у него есть время. Ибо к тому моменту, когда
  армейские чиновники решат действовать, он уже будет высоко в Альпах
  разыскивать этот чертов ларец, который сегодня способен изменить мир самым
  немыслимым образом.
   Эндрю нажал на газ. Ему бы надо поспать. Профессионал знал, когда телу
  требуется отдых, а глазам - сон. Он найдет маленький отельчик или
  пансионатик и завалится спать на весь день. А вечером отправится на север, в
  Кампо-ди-Фьори, и отыщет эту картину на стене. Первый ключ к тайне ларца,
  спрятанного