уя, как теплая струйка крови полилась ему в глотку. Грек
  отдернул руку, Фонтин получил свободу маневра. Он снова со всей силы ударил
  коленом Дакакоса в промежность и поднырнул под него. Одновременно он
  протянул левую руку и, собрав все силы, нажал на нерв под мышкой Дакакоса.
   Грек дернулся от боли. Эндрю перекатился влево, отпихнув тяжелое тело и
  высвободив правую руку.
   Еще через мгновение, со сноровкой, приобретенной в десятках боев, Фонтин
  стоял на четвереньках и, подняв "беретту", всаживал пули в незащищенную
  грудь доносчика, который только что едва не убил его.
   Дакакос был мертв. Аннаксаса больше не существует.
   Эндрю поднялся, шатаясь. Окровавленный и разбитый. Он взглянул на
  ксенопского монаха. Старик, закрыв глаза, шептал молитву.
   В обойме "беретты" оставался один патрон. Эндрю поднял пистолет и
  выстрелил.
  
  Глава 28
  
   Адриан удивился, когда портье протянул ему телеграмму. Он пошел к выходу,
  остановился и развернул сложенный листок.
   "Мистеру Адриану Фонтину, отель "Эксельсиор", Рим, Италия.
   Мой дорогой Фонтин,
   Нам необходимо срочно переговорить, ибо вы не должны действовать в
  одиночку. Меня не нужно опасаться. Поверьте. Я понимаю ваше беспокойство,
  поэтому обещаю действовать без посредников - мои люди не станут вмешиваться.
  Я буду ждать вас, приезжайте один, и мы с вами примем соответствующее
  решение. Справьтесь у своего информатора.
   Тео Дакакос".
   Дакакос