ал лицо к стеклу
  и попытался рассмотреть комнату сквозь тонкие белые занавески. Но ему мешали
  складки. А толстое стекло альпийских окон искажало смутные очертания
  предметов внутри.
   Но потом, когда глаза уже могли различить что-то сквозь стекло, он увидел
  - и на мгновение ему почудилось, что во второй раз за сегодняшнюю ужасную
  ночь он вот-вот лишится рассудка.
   В дальнем левом углу комнаты он разглядел фигуру безногого мужчины,
  мелкими, конвульсивными рывками продвигавшегося по полу. Изуродованное тело
  выше талии было огромным, мощным. Рубаха доходила ему до коротких толстых
  культяпок - остатки ног были облачены в белые трусы. Безногий!
   Альфредо Гольдони. Адриан смотрел, как Гольд они перебрался в темный угол
  комнаты. В руках он держал какой-то продолговатый предмет, сжимая его так,
  как тонущий держит спасательный круг в бурном океане. Это была
  короткоствольная винтовка. Зачем?
   - Гольдони! Прошу вас! - закричал Фонтин в окно. - Мне надо с вами
  поговорить. Если вам позвонил сторож, он должен был вам сказать!
   Грохнул громоподобный выстрел: стекло разлетелось вдребезги и осколки
  посыпались на Адриана, впиваясь в кожу, дождевик и пиджак. В последний миг
  он успел увидеть, как поднялся черный ствол винтовки, и метнуться в сторону,
  прикрыв лицо. Тысячи мельчайших осколков впились в руку, точно ледяные
  иголочки. Если бы не толстый свитер, купленный в Милане, он бы сейчас
  истекал