чно, не приняло бы покойника-еврея. Где у вас тут хоронили
  евреев?
   - Сейчас есть кладбище. А тогда не было.
   - А тогда - где? Где? Где его похоронили? Где похоронили убитого сына
  Ляйнкрауса?
   Гольдони отшатнулся, точно его ударили по лицу.
   - Поговаривали, что взрослые - отец и сыновья - отнесли тело высоко в
  горы. Там и похоронили, чтобы над телом мальчика больше никто не измывался.
   Адриан вскочил на ноги. Вот и разгадка.
   Могила еврея. Ларец из Салоник.
   Савароне Фонтини-Кристи узрел вечную истину в трагедии, случившейся в
  альпийском городишке. И использовал ее. Чтобы и святые отцы не забывали.
   Паулю Ляйнкраусу было под пятьдесят, внук торговца и сам торговец, но
  живущий в другое время. Он не многое мог поведать о своем деде, которого
  едва помнил, или об эпохе унижений и страха, которую и вовсе не знал. Но это
  был энергичный, толковый коммерсант, которому удалось значительно расширить
  семейное дело. И он сразу понял, что внезапное появление Адриана вызвано
  событиями чрезвычайной важности.
   Ляйнкраус отвел Фонтина в библиотеку, подальше от жены и детей, и снял с
  полки фамильную Тору. На фронтисписе книги был изображен подробный план с
  указанием маршрута к горной могиле сына Ройвена Ляйнкрауса, похороненного 17
  июля 1920 года.
   Адриан тщательно срисовал план и сверил свой рисунок с оригиналом. Все
  точно. Теперь путь к месту, где покоится неведомое, открыт.
   У него осталась последняя