ла к лесу с
  восточной стороны от колеи.
   Эндрю вытащил пистолет и дважды выстрелил. Выстрелы эхом прокатились по
  лесу, пули взбили фонтанчиками землю справа и слева от бегущей девочки. Она
  вскрикнула, насмерть перепуганная. Ее брат, захлебнувшись слезами, бросился
  на него. Майор увернулся и ударил паренька рукояткой пистолета по виску.
   Сын Лефрака рухнул на землю, рыдая от бессильной ярости. Его всхлипывания
  наполнили безмолвие заброшенной вырубки.
   - А ты лучше, чем я о тебе думал, - холодно сказал майор и обернулся к
  девочке. - Помоги ему подняться. Он не ранен. Мы идем обратно.
   Надо дать пленникам слабую надежду, размышлял майор. Чем они моложе и
  неопытнее, тем больше надежды надо им подарить. Надежда побеждает страх,
  пагубный для быстрого передвижения. Страх - это тоже способ достижения цели.
  Как и смерть. И им следует уметь пользоваться.
   Эндрю мысленно проделал путь по только что обнаруженной им тропе. Теперь
  он не сомневался. Здесь можно было проехать и на машине, и на повозке. Почва
  твердая, помех никаких. И, что самое важное, дорога поднимается прямо к
  восточным склонам и соединяется с горными тропами, отмеченными в журнале.
  Падал легкий снежок, морозец сковывал землю. С каждым ярдом солдат в его
  душе подавал сигнал, что он приближается к неприятельским позициям. Так оно
  и было.
   Они дошли до первой тропы, которую ранним утром 14 июля 1920 года описал
  в журнале проводник Гольдони. Тропа убегала