дения, закручиваясь по часовой
  стрелке к вершине. Ибо, чтобы подняться на плато, по воспоминаниям Пауля
  Ляйнкрауса, нужно было преодолеть довольно высокий утес. Он ходил по этой
  тропе только два раза в жизни - в первый и второй годы войны, когда был еще
  совсем мал. Возможно, утес окажется и не таким высоким, каким когда-то
  показался мальчишке. Но Пауль точно помнил, что они тогда взбирались по
  деревянной лестнице.
   Печальный ритуал поминовения мертвого и детское упоение радостью жизни,
  сказал ему Пауль Ляйнкраус, плохо соответствуют друг другу. Подняться на
  плато можно и другим путем, недоступным для стариков. Но мальчишка,
  скучавший на поминальной службе, тщательно обследовал этот второй маршрут.
  Он начинался у края почти стертой с лица земли дороги на приличном
  расстоянии от образовавшегося естественным путем узкого прохода среди
  валунов.
   Этот путь представлял собой нагромождение острых скал, по которым можно
  было добраться до площадки наверху. И чтобы преодолеть эти скалы, надо было
  обладать ловкостью, бесстрашием и недюжинной выдержкой: один неверный шаг
  мог оказаться роковым. Отец и старшие братья отругали его за то, что он
  ходил туда. Сорвавшись с утеса, он мог если не погибнуть, то уж точно
  сломать ногу или руку.
   Адриан подумал, что если он сломает ногу или руку, то погибнет наверняка.
  Неподвижный человек - легкая мишень.
   Он двинулся по извилистой тропе,