атруднительном положении, - поспешно
  добавил портье. - Здесь сейчас нет никого из ее окружения.
   - Благодарю вас.
   Фонтини-Кристи повернулся, но его тут же окликнул портье:
   - Синьор!
   - Да?
   - Я знаю, что вы не любите, когда вас беспокоят - за исключением
  экстренных случаев. Но вам звонили из вашей приемной.
   - Секретарша сказала, что это экстренное дело?
   - Она сказала, что вас разыскивает отец.
   - Это не экстренное дело. Это прихоть.
   - Пожалуй, ты и есть тот самый арабский жеребец, мой дорогой, - задумчиво
  произнесла графиня, лежа рядом с Витторио на пуховой перине. Она прикрылась
  гагачьим одеялом до талии. - Ты великолепен. И так терпелив.
   - Но все же не слишком терпелив, - ответил Фонтини-Кристи. Он сидел
  подоткнув подушку под спину и смотрел на подругу.
   - Не слишком, - согласилась графиня д`Авенцо, улыбаясь ему. - Почему бы
  тебе не отложить сигарету?
   - Скоро отложу. Не сомневайся. Вина? - Он протянул руку к серебряному
  ведру на треноге. Откупоренная бутылка. Обернутая белым полотенцем, утопала
  в груде колотого льда.
   Графиня глядела на него, дыхание у нее занялось.
   - Налей себе, а я выпью своего вина.
   Быстрым ловким движением она запустила обе руки под одеяло, и ее пальцы,
  миновав живот Витторио, устремились ниже. Потом подняла одеяло и склонилась
  к любовнику. Одеяло упало, накрыв ее голову. Она застонала и забилась.
   Официанты убрали тарелки, выкатили столик, а дворецкий