подальше
  проповедовать свои идеи. Хоть в Америку.
   Витторио медленно покачал головой, смирившись. Он вывел свою роскошную
  "испано-сюизу" на шоссе. О чем он думает! Савароне - всегда Савароне! Глава
  дома Фонтини-Кристи. Будь его сын хоть семи пядей во лбу, все равно "хозяин"
  - Савароне!
   "Воспользуйтесь дорогой к конюшне".
   Интересно зачем? Дорога к конюшне начиналась у северной границы имения в
  трех милях к востоку от главных ворот. Ладно, он поедет по этой дороге.
  Должно же у отца быть основание для такого распоряжения. Без сомнения, столь
  же идиотское, как и те дурацкие игры, в которые он играет. Ну да ладно: хотя
  бы внешне следует выказать сыновнее послушание. Ибо сын собирался решительно
  поговорить с отцом.
   Так что же случилось в Цюрихе?
   Он миновал главные ворота Кампо-ди-Фьори и доехал до развилки. Там
  свернул налево и, проехав еще около двух миль к северным воротам, снова
  свернул налево, к имению. Конюшня находилась в трех четвертях мили от ворот,
  туда вела грунтовая дорога. Тут легче проехать верхом, этим путем
  пользовались всадники, направляясь в поля и к тропинкам, огибающим с севера
  и запада лес, в центре родового поместья Фонтини-Кристи. Лес позади главной
  усадьбы, который делился надвое ручьем, струящимся с северных гор.
   В ярком свете фар он увидел знакомую фигуру Гвидо Барцини, старик махал
  рукой, прося остановиться. Этот Барцини тот еще фрукт. Старожил
  Кампо-ди-Фьори,