х - это река". Так отец кричал перед смертью. Но в Шамполюке
  нет реки.
   - Ничем не могу вам помочь, - сказал Барцини. Он выпрямился, встревоженно
  глядя на Витторио и взволнованно потирая руки. - Теперь у нас нет времени
  думать об этом. Не теперь.
   Витторио взглянул на смущенного работника, сидевшего на краю кровати. В
  комнате были грубые дощатые стены. В десяти - пятнадцати шагах от кровати -
  приоткрытая дверь, но ни одного окна. Стояло еще несколько кроватей - он не
  мог их сосчитать. Это был барак.
   - Где мы?
   - К югу от Бавено. На козьей ферме.
   - Как мы сюда попали?
   - Лучше и не спрашивайте. Ребята с реки привезли нас сюда. Они встречали
  нас с машиной на дороге от Кампо-ди-Фьори. Партизан из Рима кумекает в
  лекарствах. Он сделал вам усыпляющий укол.
   - Ты перенес меня с насыпи к западной дороге?
   - Да.
   - Но это же больше мили.
   - Может быть. Вы большой, но не тяжелый. - Барцини встал.
   - Ты спас мне жизнь. - Витторио уперся руками в грубое одеяло и сел на
  кровати, прислонившись спиной к стене.
   - Своей смертью не отомстишь.
   - Я понимаю.
   - Нам надо уходить. Вам уезжать из Италии, мне возвращаться в
  Кампо-ди-Фьори.
   - Ты возвращаешься?
   - Там я могу сделать больше. Принести им больше вреда.
   Фонтини-Кристи некоторое время смотрел на Барцини. Как быстро
  невообразимое стало жизнью. Как быстро люди отвечают зверством на зверство,
  и как необходим такой ответ. Но