те обвиняемую, - скомандовал он.
   Восемь часов вечера. В большой муниципальной тюрьме Антверпена -
  тишина. В камере Элен испытывала некоторое замешательство, но это не мешало
  думать. Ей не сиделось на месте. Ослабленная, взволнованная, она все же
  ощущала прилив энергии.
   - Им не известно, - повторяла она без конца, - что я - дочь Фантомаса.
  Меня только подозревают в преступлении, к которому я не причастна, стало
  быть, ничего не потеряно, и мне удастся запросто выбраться отсюда. Но что
  делать?
   Глаза Элен увлажнились, когда она вспомнила о тяжелых дверях и высоких
  стенах, мимо которых проходила в сопровождении двух стражников.
   Прошло еще полчаса, и в коридоре послышались тяжелые шаги. Ключ с шумом
  повернулся в замке, дверь камеры отворилась. Тюремный смотритель с фонарем
  проворчал:
   - Пошли!
   Девушка, слегка заинтригованная, последовала за ним. Это был помощник
  начальника тюрьмы по присмотру за заключенными. Он провел ее через тюремные
  дворы к судебной канцелярии.
   Она вышла на улицу. На тротуаре поджидала машина. Тюремщики подсадили
  Элен, предварительно нацепив ей наручники.
   - Когда я наконец освобожусь? - спрашивала себя девушка. Она
  побледнела. Страх возрастал по мере того, как она стала замечать, что везут
  ее вовсе не к Дворцу Правосудия, а в неизвестном направлении. Подозрения ее,
  кажется, оправдывались. "Они пронюхали, что я - дочь