нил он, - какая она была из себя?
   Как всегда невозмутимый прокурор с улыбкой ответил:
   - Это очень даже славненькая девочка. Подобных красоток не так уж много
  в Антверпене.
   - Но ее имя?!
   - Она ни в какую не желала называться.
   - О, да, я думаю! Но вы хотя бы пытались выяснить?
   - Да, но увы - безуспешно.
   - А как же антропометрическое обследование?
   - К сожалению, мы не успели его провести.
   Жюв топнул ногой.
   - Однако газеты твердят, что...
   - На этот раз, мсье Жюв, газеты и в самом деле говорят что-то более или
  менее правдоподобное. Опираясь на рассказ следственного судьи Ван Миделика,
  они утверждают, что речь идет о дочери Фантомаса.
   Итак, который уже раз на своем полицейском поприще Жюву пришлось
  услышать это треклятое имя!
   С одной стороны, пока инспектор скрупулезно изучал материалы
  антверпенского дела, ему в голову не раз приходила мысль о возможном участии
  в этой чехарде его старого "дружка", точнее, его дочери. По крайней мере, на
  это было как-то похоже. Но с другой, по словам Фандора, эта девица ну никак
  не могла находиться в Антверпене, так как села на пароход в Бордо и
  отправилась в Натал, где, собственно, Фандор и собирался ее подкараулить.
   Поэтому, слушая королевского прокурора, поддерживавшего версию, что так
  ловко сбежавшая особа - дочь Фантомаса, Жюву, ох, до чего хотелось тряхнуть
  этого малого как следует...