х
  глазах.
   Импресарио в самом деле был крайне пунктуален и даже суров и терпеть не
  мог, когда кто-либо не выполнял его приказы.
   В послании Жюву оговаривалось: "Будьте у меня в девять пятнадцать
  утра". Однако сейчас уже девятнадцать минут.
   - Ух ты! - воскликнул директор, взглянув на кучу писем на столе. Он
  собрался позвать секретаря, но передумал.
   - Нет, пожалуй, я сам их разберу даже быстрее.
   И, вскрыв конверты, он быстро пробежал всю корреспонденцию.
   Предложение, сделанное торговцем хищников из Гамбурга, привлекло на
  мгновение его внимание.
   - Надо будет на эту тему перекинуться парой слов с Жераром, - заключил
  Барзюм.
   Директор цирка снял телефонную трубку, раза два или три прокричал
  "алло", но так и не добился ответа.
   - Да я же кретин! Связь-то осталась в спальне, - вспомнил он.
   Барзюм прошел в соседнюю комнату к телефонному автомату. Поговорив
  несколько минут с Жераром, он вернулся обратно.
   Но когда сел и снова принялся за просмотр корреспонденции, то вдруг
  невольно воскликнул:
   - Да что же это! Готов поклясться, только что ширма находилась справа
  от меня!
   Барзюм изумленным взглядом окинул китайскую перегородку с изображенными
  на ней сказочными персонажами в натуральную величину, которая стояла слева
  от бюро, занимаемого импресарио.
   Директор посидел минуту молча, силясь сообразить, в чем дело, затем,
  пошевелив