которое надо было вести, чтобы встречаться со своим
  любовником, было самым большим очарованием их любви.
   Обо всем этом размышляла Соня Данидофф, не спеша подходя к
  апартаментам, снятым для нее на втором этаже гостиницы.
   Княгиня собиралась позвать горничную, чтобы та помогла ей раздеться,
  как вдруг зазвонил телефон.
   Удивленная княгиня подняла трубку. Швейцар отеля сказал ей по-немецки:
   - Герр Барзюм ждет фрау Данидофф в автомобиле перед гостиницей... Он
  просит фрау соблаговолить спуститься к нему как можно скорее. Он также
  просит фрау захватить с собой ключи...
   Не прошло и четверти часа с тех пор, как Соня Данидофф рассталась с
  любовником. Она взглянула на часы, украшавшие камин, - было десять минут
  десятого... Неужели Барзюм опоздал на гамбургский поезд?
   Этого не могло быть! Княгиня Соня хорошо помнила, что поезд отходил из
  Кельна в девять девятнадцать.
   Тогда что значил этот срочный вызов?.. Зачем она была нужна Барзюму?..
   Набросив на плечи только что снятое манто, княгиня сбежала по широкой
  мраморной лестнице "Палац-отеля". Сиявший галунами портье, который ожидал в
  холле, проводил ее к автомобилю, стоявшему у дверей, открыл дверцу машины и
  затем захлопнул ее за красивой клиенткой. Машина отъехала.
   Соня Данидофф упала на сиденье рядом с Барзюмом. Хотя погода была
  вполне теплой, тот сидел с поднятым воротником пальто. Импресарио