асполагая фактами, подтверждавшими предположение об участии Жерара
  в антверпенском деле, Жюв вынужден был говорить наугад и потому в очередной
  раз попал впросак, в чем убедился, заметив вновь появившееся на лице
  укротителя изумление.
   Жерар усмехнулся:
   - Ты забываешь, Фантомас, что я изменился с тех пор, как мы виделись в
  последний раз. Я честный человек, Фантомас. Я и раньше не занимался
  "мокрыми" делами я сейчас не хочу начинать. Я уже тебе говорил, почему...
   Жерар явно намекал на то, что было сказано по-голландски.
   - Я хочу сохранить эти деньги, потому что пятна крови на них - подпись
  преступника. И мне хотелось бы когда-нибудь его найти.
   - Зачем? - спросил Жюв.
   - А затем, - сурово проговорил Жерар, - что каждый честный человек
  обязан найти виновного и тем самым спасти невиновного. Ты понимаешь, о чем я
  говорю, Фантомас? Может, ты не знаешь, но человек, которому сейчас угрожает
  опасность, это...
   Он замолчал. Но Жюв почувствовал, что укротитель явно имеет в виду
  Элен, дочь Фантомаса!
   И все же, что значат все эти странные речи? Что движет укротителем,
  вполне похожим на честного человека и определенно желавшим найти автора
  преступления, содеянного в Антверпене, найти, чтобы отвести угрозу от
  загадочной девицы, которую кое-кто принимает за убийцу?
   Впрочем, времени для рассуждений у Жюва не было, потому что Жерар
  становился