она.
   После короткого размышления Жерар ответил:
   - Ладно... Но зачем тебе это?
   Жюв не знал, что отвечать, - не мог же он, в самом деле, сказать
  укротителю, для чего именно ему нужен этот банковский билет!
   А все было просто: на этой ассигнации имелись четкие отпечатки пальцев,
  что, как верно рассудил Жерар, было настоящей подписью преступника, и
  полицейский намеревался ее расшифровать в ближайшее время.
   Жерару незачем было знать, что Жюв тоже искал автора злодеяния.
   Вдруг француза осенило. Он знал, что любовь Фантомаса к дочери была
  безгранична, и патетичным тоном заявил:
   - Мне этот банкнот нужен для того, чтобы спасти Элен, мою дочь!
   Сардоническая улыбка изобразилась на лице Жерара:
   - Я смотрю - тебе неймется... Но ведь ты слышал, что я тебе сказал...
  Согласись, та, кого ты называешь своей дочерью...
   Жерар пожал плечами и замолчал. Пораженный Жюв смотрел на него.
   "Что значит этот жест? - пытал он себя. - Что заставило его
  замолчать?.. Почему он сказал: "Та, кого ты называешь своей дочерью?"
   Не догадываясь о причине задумчивости собеседника, укротитель
  продолжал, слегка иронизируя:
   - Что ж, Фантомас, можешь себе его оставить. Пусть он тебе принесет
  удачу.
  
  
   "Глава 22"
  
   "В КУПЕ НАЕЗДНИЦЫ"
  
   Представления американского цирка в Кельне, где он солидно обосновался,
  заняв одну из обширных