знательности за готовность, с какой публика явилась в его заведение,
  Барзюм решил в первый же вечер усилить электрическое освещение.
   Таким образом, представления шли при великолепном освещении, все
  плавало в море света!
   Нанявшись в цирк, дочь Фантомаса понемногу привыкла к своей новой
  профессии. Однако когда специальный поезд Барзюма пересек
  германо-бельгийскую границу, незадачливая девица вздохнула с особенным
  облегчением.
   Надеясь, что поиски и преследования, предпринимаемые антверпенскими
  органами правопорядка, невозможны на территории иностранной державы, она
  почувствовала себя в большей, чем прежде, безопасности.
   Не слыша больше разговоров на эту тему, Элен уверила себя, что те, кто
  искал авторов загадочного преступления, скорее всего, потеряли ее след.
   Она не имела ни малейшего представления о том, что происходило
  буквально в нескольких метрах от нее в этом странном и сложном мире цирка.
   Она старалась держаться ото всех в стороне, и коллеги-артисты не имели
  никакой возможности рассказать ей о директорских переживаниях, о появлении
  Жюва и присутствии Фантомаса, словом, обо всем том, что знали уже все.
   Впрочем, совершенно спокойной Элен не была. Ее сердце не покидала
  тревога. Вот уже две недели, как она не имела вестей от Фандора. Напрасно
  Элен читала французские газеты, выискивая хоть какую-нибудь информацию