рого он не мог больше
  оставаться из-за риска наткнуться на Жюва, шедшего, как он уже понял из слов
  Сони Данидофф, по его следам.
   Фантомас ощущал настоятельную потребность остаться одному и спокойно
  поразмышлять.
  
  
   "Глава 23"
  
   "ГНУСНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ"
  
   В тот момент, когда фактически изгнанный дочерью Фантомас выходил из ее
  артистической, его вид был еще вполне светским, и рассеянная улыбка блуждала
  на его лице.
   Однако что-то надломилось в нем, и он сейчас испытывал жуткую тоску,
  невыносимую усталость... Тот, кто ни перед кем и ни перед чем не дрожал,
  сейчас переживал страх... Нет, не перед людьми, а перед Судьбой.
   Впервые в жизни Фантомас страдал. Впервые за все свое существование он
  готов был просить милосердия. Им овладело не известное доселе желание
  умолять о помощи какое-нибудь высшее всепрощающее божество.
   - Элен меня выгнала! - говорил он. - У нее нет ко мне ни любви, ни
  нежности... Ах, Элен, Элен...
   Рыдание прервало ход его мыслей. Но он снова взял себя в руки. Этот
  наделенный энергичным, непреклонным и сильным характером человек, перед
  которым в страхе трепетал весь мир, снова нашел в себе гордость и волю,
  пытаясь - хотя бы внешне! - быть бесстрастным и холодным.
   Было уже около часа ночи. Черные облака загромождали низкое небо.
  Порывы ветра, налетевшие вместе с грозой, свистели в вершинах мощных
  тополей.