Леопольд и князь Владимир - один и тот же
  человек.
   Момент был драматичный. Трое присутствовавших в кабинете недоверчиво
  взирали друг на друга и, чтобы не выдавать своих чувств, старались придавать
  лицам как можно более безразличное выражение.
   Молчание затягивалось. Никто не хотел начинать первым.
   Тишину прервал король. Повернувшись к Жюву, он спросил:
   - Господин полицейский, настаиваете ли вы на своем обвинении?
  Утверждаете ли вы, что барон Леопольд, являющийся никем иным, как князем
  Владимиром, автор преступления, совершенного над личностью сэра Гаррисона?
  Уверены ли вы, что он украл пять миллионов, выплаченных моим королевством
  британскому послу?
   - Дьявол! - чертыхнулся Жюв. - Самое время помолчать, уйти от вопроса,
  поговорить о погоде, о чем угодно, но только не об этом...
   Однако не будучи наделенным душой придворного, и как человек чести и
  совести, Жюв медленно и членораздельно, глядя прямо в глаза князю Владимиру,
  - а Леопольд действительно был им! - проговорил:
   - Я утверждаю, что барон Леопольд убил сэра Гаррисона.
   Король повернулся к внезапно побледневшему князю.
   - Что скажете вы?
   Князь Владимир взял себя в руки, снова став таким же дерзким, как
  минуту назад. Называя накануне директору тюрьмы свое настоящее имя, он
  прекрасно понимал, какие могут быть последствия его показаний.
   - Я жертва грубой ошибки, - говорил