Мне нечего вам сказать, господин директор. Мне нечего вам сообщить.
   - Извините, но я прошу вас объяснить, как вы попали в мой поезд, откуда
  прибыли и куда направлялись?
   Подняв свои большие глаза на импресарио, Элен спросила, в свою очередь:
   - Для чего это вам надо знать? И вообще, господин Барзюм, что значит
  этот допрос?
   Последний вопрос вывел из себя обычно уравновешенного американца.
   - Не вам, - заорал он, - это объяснять! Полагаю, вы догадываетесь - для
  чего!
   - Нет, не догадываюсь, - твердо сказала Элен.
   - Ну так слушайте!
   Вопреки своему обычаю бешено жестикулируя, Барзюм подбежал к столу,
  взял телеграмму и издали показал ее девушке:
   - Несчастная! Знаете ли вы, что это такое?
   Девушка снова пожала плечами:
   - Нет, не знаю.
   - Так знайте! Это сообщение антверпенской полиции! Теперь вы понимаете?
   - Нет, не понимаю.
   - В самом деле? Что ж, тогда я объясню. Однако вы неплохо умеете
  притворяться!
   Элен встала.
   - Вы хотите меня оскорбить? - сказала она.
   Девушка была готова уйти, но повелительным жестом Барзюм приказал ей
  сесть.
   - Таким женщинам, как вы, - гневно, с металлом в голосе заявил он, - не
  приходится обижаться. Лучше перестаньте ломать комедию и признайтесь.
  Полиция известила меня, что вы, по всей вероятности, и есть та женщина,
  которая замешана в убийстве сэра Гаррисона. Я просто не в состоянии