у волны. Они появились оттуда полузадохнувшиеся,
  насквозь промокшие, но с просветленными лицами.
   - Жюв!
   - Фандор!
   Теперь они все поняли.
   Ни за что на свете они не покинут друг друга, прекрасная борьба за
  первенство в благородстве показала, насколько их решения были неправомерны;
  теперь же они или оба погибнут, или спасутся вместе!
   Итак! Эта гипотеза должна была осуществиться.
   Воздушный шар, сотрясаемый бурей, все более оседал, а несчастные
  пленники, совсем окоченевшие от холода, становились все более равнодушными к
  противостоянию, к борьбе.
   Кроме того, с каждой минутой увеличивалось расстояние, отделявшее их от
  твердой земли. В определенный момент у них создавалось впечатление, что
  вихревая буря приближала их к земле, но другой поток снова отдалял их от
  заветной цели. Они чувствовали себя заблудившимися, потерявшимися в
  разгулявшейся морской стихии!
   Теперь уже Жюв и Фандор не говорили друг другу ни слова; они поняли,
  что конец их близок, только чудо могло вырвать их из лап смерти. Но они не
  могли рассчитывать на это чудо. Порывы ветра все усиливались, и
  воздухоплаватели, ослепленные вихревыми потоками, теряли сознание.
   Их качало из стороны в сторону, они задыхались от волн, в которые время
  от времени попадали, их оглушала буря, в эпицентре которой продолжало трясти
  их потрепанный воздушный шар.
   Вдруг раздались крики