ы осел и олух! - рычал Фантомас, приводя
  Горелку в чувство. Тот обводил комнату мутным взглядом, как бы вопрошая:
  "Где я? Что со мной случилось?"
   Охватив голову тощими руками, Горелка пролепетал:
   - Ничего не понимаю... Как это... Было ведь сделано, как ты сказал. Мы
  накачали им в другое купе хлороформа. Оттуда не было слышно ни звука, мы и
  подумали, что они дрыхнут. Потом мы оба потихоньку перебрались туда, Адель и
  я, а потом...
   - Ну, а дальше? - спросил Фантомас. - А как с князем Владимиром и
  Гаррисоном?
   - Клянусь, - начал Горелка, но тут его скрутил жестокий приступ
  тошноты, - их там не было! Ни слуху ни духу! Тогда мы почувствовали себя как
  пьяные, хотели выбраться оттуда, открыть окно... Ну, а дальше - захотелось
  ужасно спать, так оно и получилось.
   - Так оно и получилось, - повторил Фантомас с нескрываемым презрением и
  отвращением, глядя на долговязого Горелку и несчастную Адель, которая
  корчилась на полу.
   - Других таких кретинов на свете не сыскать! - продолжал он. - Подумать
  только, их было четверо, и они не смогли ничего сделать!
   Тем не менее у Фантомаса была еще искорка надежды.
   После того, как купе, заказанное князем Владимиром и Гаррисоном,
  оказалось пустым, стало ясно, что специальные посланники Гессе-Веймара и
  Англии задержались по каким-то пока еще неясным причинам в пути.
   "Может, Красавчику все же удалось ограбить