ить их в Дувре? А может,
  Иллюминатор успел еще в Антверпене попотрошить их?"
   Надежда стала постепенно возвращаться к Фантомасу, когда он размышлял
  таким образом. Он верил в свою счастливую звезду.
   Вдруг в тиши мрачного дома, который Фантомас сделал своим логовом,
  раздался пронзительный дверной звонок. Бандит вздрогнул, схватил револьвер и
  подбежал к двери.
   - Кто там? - спросил он, не открывая. Юный и чистый голос ответил:
   - Телеграмма, сэр!
   Фантомас приоткрыл дверь, принял желтый конверт, на котором значилась
  некая вымышленная фамилия, - под ней он снял этот дом - и поспешил из
  осторожности закрыть дверь.
   Фантомас вернулся в освещенную комнату, где по-прежнему находились
  Адель и Горелка.
   Он нетерпеливо разорвал конверт и прочитал депешу. Должно быть,
  сообщение было столь важным и ужасным, что лицо Фантомаса покрылось
  мертвенной бледностью.
   - Этого еще не хватало! Это предел! - выдавил он из себя.
   Он невольно провел рукой по лицу, на лбу его выступили крупные капли
  холодного пота. Фантомас разорвал телеграмму на мелкие куски.
   Скрестив руки на груди, он стал шагать из угла в угол, чертыхаясь и
  проклиная все на свете.
   - Что делать?
   Внезапно он остановился.
   - Надо немедленно уехать в Бельгию, черт возьми! - воскликнул злодей.
   Но тут его взгляд упал на специальный выпуск вечерней газеты, которая
  лежала