ть ни к
  чему...
   Джеймс Гаррисон улыбнулся.
   - Конечно, конечно, - сказал он, - но ваша гостья все же не знает меры.
  Прошло уже два часа, как она должна была явиться сюда, а мы пируем здесь без
  нее... Стали бы еще ждать, пережарили бы угорь по-татарски.
   - Это верно, - признал Владимир, - но вдруг она еще появится...
   - Да нет уж, - молвил Гаррисон убежденно и добавил с улыбкой, - она
  нас... нас... Как это в таком случае говорится?
   Владимир помог ему:
   - Она обвела нас вокруг пальца. Но что поделаешь, ей же хуже. Будем
  пить и есть одни.
   Молодые люди сидели в отдельном кабинете ресторана "Л'Эстюржеон".
   На столе был прибор и для третьего человека. Владимира, казалось, мало
  беспокоило отсутствие дамы, которую он якобы пригласил. На самом деле он с
  ней вообще не говорил.
   Но какую цель он преследовал, заведомо обманывая своего спутника?
   Может, он придумал этот предлог, чтобы убедить Джеймса Гаррисона прийти
  ужинать с ним в ресторан "Л'Эстюржеон"?
   А может быть, он надеялся в этом элегантном и многолюдном месте, где
  бывали самые разные люди, завязать знакомство с какой-нибудь дамой и приятно
  провести вечер?
   Князь Владимир не посвящал спутника в свои планы, и каждый из них
  ужинал, по существу, в одиночестве.
   Когда черед дошел до сигар, и они стали пускать кольца дыма в воздух,
  небрежно развалясь на диванах отдельного кабинета, князь Владимир