умав, решил, что на этот раз старик с
  Марсалом выбрали верную линию поведения: излишнее внимание могло только
  больнее ранить Энису.
   Закончив есть, Бисаун подошел к "снежному волку", чтобы осмотреть рану и
  сменить повязку. Халана принялась мыть посуду. Марсал с Харпом начали
  расстилать на полу матрасы, готовясь лечь спать.
   Неожиданно, отдернув пластиковый занавес, в комнату вошла Эниса. Волосы
  ее были гладко зачесаны назад и завязаны на затылке узлом. На лице застыло
  выражение полнейшего безразличия ко всему, что уже случилось и что еще может
  произойти. Когда же Эниса подошла к Харпу и взгляды их пересеклись, он
  увидел в глазах женщины такую темную бездну, что невольно поежился,
  почувствовав, как холодный озноб пробежал сверху вниз по позвоночнику.
   - Халана сказала, что вы с Марсалом собираетесь убить снежного червя.
   Это был не вопрос, поэтому Харп не стал ничего отвечать, ожидая
  продолжения.
   - Я пойду на охоту вместе с вами, - сказала после короткой паузы Эниса.
   Харп лишь молча развел руками. А что, собственно, он мог ответить?
   Да Эниса и не ждала никакого ответа. Поставив Харпа в известность о
  принятом решении, женщина повернулась к нему спиной и снова скрылась на
  своей половине комнаты за серым пластиковым занавесом.
   Харп не помнил, сколько длился день там, где он жил прежде, но сутки,
  тянувшиеся в мире вечных снегов ровно сто двадцать часов, казались ему
  непомерно