раненого даже завистливо вздохнул, выходя за
  дверь. Раненый же смог вздохнуть с облегчением только после того, как другие
  "снежные волки" ушли и Эниса убрала от его горла нож, который дал ей Харп.
  Бедолага повторял все, что девушка шептала ему на ухо, ни секунды не
  сомневаясь в том, что, скажи он что-то не так, она, не задумываясь, полоснет
  его ножом по горлу. Тогда и старый Бисаун, хоть и мастер он на подобные
  дела, уже не поможет.
   К исходу второй половины дня вернулся домой Марсал с вещами, которые ему
  удалось выменять у соседей. Особенно остался доволен Харп мотком веревки со
  стальной прожилкой, пятью прочными карабинами, широким топором на длинном
  топорище и тремя клиньями с пружинными распорками. За клинья с распорками
  Марсал отдал пару снегоступов и перчатки, но вещь того стоила. Клинья были
  сделаны из какого-то необычайно легкого и удивительно прочного сплава.
  Забитые в лед, они отстреливали в стороны три острых шипа, после чего их
  невозможно было вырвать. А для того чтобы вытащить клин, требовалось всего
  лишь нажать пружинный затвор, после чего шипы вновь занимали свое
  первоначальное положение вдоль клина. Ничего лучше для того, чтобы удержать
  громадную тушу снежного червя, просто невозможно было придумать.
   За два дня Харп изготовил шесть остро заточенных стальных гарпунов.
  Единственное, что беспокоило его, так это зазубрины, получившиеся не слишком
  глубокими. Поэтому на наконечниках