о, опираясь на хвост, чуть приподнималось над полом ледяного лаза.
   Когда до Энисы можно было уже дотянуться рукой, Харп ухватил ее за ногу и
  быстро оттащил подальше от хвоста снежного червя, который то и дело начинал
  судорожно биться об лед.
   Едва только перевернув тело Энисы на спину, Харп тут же сорвал с головы
  шапку и прикрыл ею лицо женщины, превращенное в сплошное кровавое месиво.
   - Надень шапку, простудишься, - тут же оговорил его сидевший неподалеку
  Марсал. - Держи.
   Наклонившись вперед, Марсал протянул Харпу серый непрозрачный
  полиэтиленовый пакет.
   Замечание Марсала можно было расценить либо как проявление крайнего
  цинизма, либо как следствие здорового прагматизма, присущего человеку,
  знающему, что такое холод.
   Поколебавшись секунду, Харп все же склонился ко второму варианту и, взяв
  из руки Марсала пакет, натянул его на изуродованную голову Энисы.
   Достав из вещевого мешка такой же теплоизоляционный коврик, как и у
  Марсала, Харп кинул его к стене лаза и, придавив с краю рукой, чтобы не
  выскользнул, сел на него.
   - Хочешь? - Марсал протянул Харпу пакет с лепешками.
   - Как ты можешь есть? - презрительно поморщился Харп. - Здесь же воняет,
  как... - Не найдя подходящего сравнения, Харп только рукой взмахнул. - А
  рядом покойник лежит.
   Марсал сначала недоумевающе посмотрел на Харпа, а затем, решив, что его
  напарник просто пошутил, натянуто усмехнулся:
   - Так что же, теперь и нам