Марсала монокуляр и убрал его в
  футляр, висевший на шее. - А то как бы эти любители мертвечины, покончив со
  "снежными волками", вновь не заинтересовались нами.
   Надвинув на глаза солнцезащитные очки, Марсал зашагал следом за Харпом.
   - А почему ты не стал Первым, когда встретился с колонистами? - на ходу
  спросил он.
   - Во-первых, их было всего трое, - ответил Харп. - А во-вторых, мы
  вначале довольно-таки мило беседовали, а затем я быстро перевел всех троих в
  бесчувственное состояние. У них просто не было возможности залезть ко мне в
  мозги.
   - Ты думаешь, Первый может знать, где находится выход из этого мира? -
  спросил чуть погодя Марсал.
   - Возможно, - подумав, ответил Харп. - Правда, в таком случае, я не
  понимаю, почему он сам здесь остается... Может, ему просто нравится быть
  Первым, пусть даже в этом безжизненном мире... В любом случае я не имею ни
  малейшего желания вновь с ним встречаться.
   Обернувшись назад, Марсал удостоверился в том, что погони за ними больше
  нет.
   Возможно, Первый решил, что в свете блестящей победы над большой группой
  "снежных волков" парочка, двигающаяся в направлении западных гор, не
  представляет для него интереса. А может, Марсал и Харп уже пересекли ту
  границу, за которую обитатели поселка на юге никогда не выходили, боясь
  утратить связь с основной группой, что было бы для них равносильно
  мгновенной потере памяти и представления о себе как о личности.