можно услышать
  в лазе снежного червя. Ледяные коридоры, прорытые снежным червем, отличались
  удивительной прочностью и обычно начинали разрушаться не ранее чем спустя
  пару пятидневок после того, как червь покидал их.
   Новичок ни о чем не спрашивал Марсала. А сам Марсал только однажды
  обратился к нему, сказав:
   - Обнаружив на месте твоего появления оползень, "снежные волки"
  непременно станут разгребать его, чтобы забрать одежду и вещевой мешок. А не
  найдя ничего, даже тела, они поймут, что кто-то помог тебе скрыться, и снова
  примутся за поиски.
   - По крайней мере мы выиграли время, - ответил на это новичок, в
  очередной раз удивив Марсала своей хладнокровной расчетливостью.
   Хотя новичок, судя по всему, приходился Марсалу ровесником, Марсал никак
  не мог отделаться от обманчивого впечатления, что рядом с ним человек куда
  более опытный и мудрый. А потому он просто не знал, о чем говорить с
  новичком, который, вопреки обыкновению, не выглядел ни испуганным, ни
  подавленным, ни даже растерянным.
   Не обмолвившись более ни единым словом, они дошли до выхода.
   Веревка, оставленная Марсалом, была на месте.
   Выбравшись из лаза, Марсал первым делом приложил к глазам пластиковую
  полоску с прорезью и осмотрел окрестности.
   Никаких признаков приближения "снежных волков" он не заметил, что уже
  само по себе было добрым знаком.
   - Возьми солнцезащитные очки, - велел новичку Марсал. - Иначе ослепнешь.