амять. Если так и дальше пойдет, он расскажет нам
  такое, о чем никто никогда не слышал в мире вечных снегов.
   - Вы не знаете, что такое бумага? - не то чтобы удивленно, а скорее
  недоверчиво посмотрел на своих собеседников новичок.
   - Быть может, мы называем эту вещь как-то иначе. - Старый Бисаун повел
  рукой по сторонам. - Посмотри, может, ты увидишь ее.
   Новичок взглядом обвел комнату и покачал головой: ничего сделанного из
  бумаги тут не было.
   - На чем же вы пишете? - снова посмотрел он на Бисауна.
   - Я снова не понимаю тебя, - покачал головой старик.
   - Ну, письменность... - Новичок потерянно взмахнул руками перед собой,
  пытаясь найти нужные слова, чтобы объяснить своим собеседникам понятие,
  которое самому ему казалось вполне очевидным, а потому и не требующим
  никакого дополнительного толкования. - Люди часто записывают те вещи,
  которые хотят запомнить... Для этого существуют специальные значки,
  называемые буквами, каждая из которых соответствует определенному звуку
  устной речи.
   - Я отмечаю только прожитые дни. Бисаун тяжело поднялся на ноги, снял с
  полки сложенный в несколько раз лист плотного полиэтилена и расстелил его на
  столе. В полиэтилене было проделано множество отверстий, внимательно
  посмотрев на которые новичок уловил определенную систему. Каждое пятое
  отверстие было чуть больше четырех предыдущих. А отсчитав пятнадцать больших
  отверстий, он наткнулся на совсем