хе широкую дугу, стилет отлетел в сторону, а лицо раскололось трещиной рта. Голова его откинулась, и панама слетела с нее.
   Он глубоко, сипло вздохнул, а затем рухнул на землю, ударив меня по лицу рукой, жестко и яростно, словно знаменуя тем самым полное и безоговорочное расторжение соглашения, условий которого ни он, ни я не посчитали нужным выполнить.
   Я встал на ноги. Герр Шпигель лежал на земле, лицом вверх, и на его куртке расплывалось большое темное пятно.
   Я наклонился и вынул из кармана пакет Лансинга. Выпрямившись, я увидел Веритэ, стоящую возле кустов тамариска.
   Она просто стояла там, не двигаясь и не произнося ни звука.
   Высокая, стройная девушка в юбке и блузке, с шелковым шарфиком вокруг шеи и волосами, стянутыми резинкой. Я посмотрел на Шпигеля, а затем на нее. Потом подошел, взял ее за руку.
   Она по-прежнему смотрела на Шпигеля и каким-то странным голосом, точно доносившимся откуда-то издалека, произнесла:
   - Я шла за ним от самого отеля, - потом поднесла руки к глазам, и я увидел, как затряслись ее плечи.
   Я протянул руку, чтобы прижать ее к себе, обнять, желая уберечь от ужаса, который вызвали у нее выстрел и мертвое тело Шпигеля, но она отстранилась. Судя по всему, она пришла в себя, вернулась к реальности, и хотя ее лицо исказилось, она заставила себя успокоиться.
   - Вы ранены. - Она протянула руки и стала расстегивать мою рубашку.
   И тут я увидел влажное пятно крови, расплывающееся внизу на левом боку. Я снял рубашку. Когда я поднял руку, из раны потекла кровь. Веритэ взяла рубашку и порвала ее на полосы.
   - Задеты только мягкие ткани. Ничего страшного.
   Она взяла мою руку и отвела в сторону, чтобы добраться до раны, и в темноте стала перевязывать меня. Когда она закончила, я достал фляжку с виски и настоял на том, чтобы она сделала из нее глоток. Веритэ вздрогнула, сделав глоток