арвальду. Скажите ему, что пора из вас наконец сделать настоящую женщину.
   На другом конце фыркнули и повесили трубку.
   Я поднялся из-за столика, стоящего у окна, за которым я сидел во время разговора, и пошел в ванную. Закрыв за собой дверь, я увидел Говарда Джонсона, сидящего на крышке унитаза. Он курил сигарету и ухмылялся, правда, совершенно беззлобно.
   - И сколько времени ты уже здесь?
   - Вот глупый вопрос.
   Я подошел к умывальнику и, не спуская с Джонсона глаз, пустил воду, чтобы помыть руки.
   - Как рука?
   - Перелома не было, сильное растяжение. А сейчас она почти как новая. Интересно поговорил со своей Уилкинс?
   - Да. Ее жених возвращается. Это значит, мне на время придется закрыть контору. - Я быстро помыл руки, шагнул к вешалке для полотенец и взял одно. Я ничего не мог поделать - у телефона лежали мои записки по поводу слайда. Я также ничем не мог помочь себе, потому что в левой руке Джонсон держал сигарету, а в правой - пистолет.
   - Ну как, помылся, малыш? - спросил он.
   - Конечно. - Я бросил полотенце на вешалку, и оно комком упало на пол.
   - Хорошо, - сказал он. - Впрочем, не стоит волноваться.
   Они еще не пришли к окончательному решению относительно Шпигеля. Мои инструкции ограничены.
   - Я должен быть благодарен за эти маленькие уступки.
   - Вот правильно. - Он шагнул ко мне. - Повернись.
   Я повернулся. Вам ничего не удастся сделать против десяти пуль, если вы, например, сидите в узкой лодке. Он ударил меня по затылку, и я погас, точно высоковольтная лампочка, испустившая дух.
  
  Глава 12
  
  МЕТОДЫ БОРДЖИА
  
   Казалис провел меня через черный вход дома тридцать пять по улице Фобур-Сент-Оноре и оставил одного в чердачной комнате, где недавно переклеивали обои. В комнате стояли два сосновых стула, все в пятнах от побелки, которой красили потолок. Таких, как я, не пускали