через главный вход. Значит, у этого места была дурная репутация. Но все же я делал успехи.
   В последний раз через задний вход меня проводили в посольство - дом, расположенный на той же улице, только под номером 37.
   Я сидел и смотрел, как паук обматывает клейкой нитью муху, попавшую в паутину, словно он только что придумал новый способ изготовления шаров для гольфа. Я выкурил одну сигарету, и тут пришел Мэнстон. На нем был пиджак для утренних визитов и полосатые брюки, а также светло-серый галстук и булавка с жемчужиной. Он казался раздраженным. Его волосы сохранили светлую краску. Выглядел он великолепно.
   Мэнстон подмигнул мне и спросил:
   - Что ты можешь сказать о югославских винах?
   - Не так уж много. А где Сатклифф?
   - Мы держим его подальше от тебя: беспокоимся за его давление.
   Я кивнул:
   - Может, тебе будет интересно узнать, что Говард Джонсон нанес мне визит в отеле?
   - И что он забрал?
   - Ничего.
   На самом деле он смылся с моими записями по поводу слайда, которые надиктовала мне Уилкинс. Но у меня хорошая память.
   Мэнстон посмотрел на меня долгим взглядом, постукивая сигаретой о крышку золотого портсигара.
   Затем понимающе произнес:
   - Ну конечно. И что же ты хочешь?
   - Меня нанял Малакод, чтобы я следил за миссис Вадарчи и Кэтрин Саксманн. В то же время я работаю и на вас, делая то же самое. А у меня создалось впечатление, что я охочусь за призраками.
   Мэнстон усмехнулся:
   - Мы все этим занимаемся. Гоняемся за призраками.
   - В таком случае я отказываюсь от работы.
   - Ты отказываешься работать на нас и на Малакода или только на нас?
   - На вас. Если вам нужна самая обычная слежка, возьмите какого-нибудь парня попроще. А я уже вырос из этого, к тому же у меня слишком высокий коэффициент интеллекта.
   - Ты мне симпатичен. И я испытываю те же чувства,