жно кое-кому позвонить, попросить, чтобы он прирезал вас, а затем вернусь к шампанскому и разговорам о демократии в недоразвитых странах и буду утвердительно кивать в ответ на любую чушь о свободе этой страны".
   - Каждое мое слово имеет вес, - жестко сказал Мэнстон. - Ты - ничто. Абсолютно ничто. С чем мы действительно опоздали, это свинцовый ящик, который подняли со дна Адриатического моря, и если мы не добудем его через три недели, все создания ада вырвутся на свободу. Да, именно ада - страшного, кровавого, убийственного ада! Так что давай рассказывай, и говори только правду!
   Никогда раньше не видел его таким. Я с трудом сглотнул.
   Моя глотка напоминала проржавевшую трубу, и прохрипел:
   - Но с чего мне начать?
   - С Лансинга.
   - Что именно я должен рассказать о нем?
   - Он сошел на берег, когда "Комира" пришла в Венецию.
   Он должен был связаться с СКД. Но он не сделал этого. Его нашли в канале, чуть ниже Риалтского моста с ножом в спине.
   - Бедняга.
   - Но суть не в этом. Кодовое имя Лансинга - ВВК. Он указал его в записке, которую передал тебе. Там было написано ВВК/2. Знаешь, что это означает?
   - Нет. - Я никогда об этом не задумывался, а теперь, видно, было уже слишком поздно.
   - Это означает, что к его записке он прилагает две вещи.
   Одну мы получили - фотография Лотти Беманс. Если хочешь остаться в живых и продолжать работать на нас, просто отдай мне вторую вещь.
   - Но...
   - Карвер, ради Бога! Меня не проведешь. Ты мне нравишься, и тебе это известно. Вот почему здесь я, а не Сатклифф. Ты стоишь больше, чем все эти типы, с которыми мы работаем. Но перестань играть с нами в дерьмовые игры. Не советую тебе стараться выиграть на этом деле побольше денег, причем на стороне. Передай мне это и продолжай работать на нас и Малакода.
   Найди свинцовый ящик. Все условия договора остаются