, нежно погладив мою щеку, сказала:
   - Знаешь, что в тебе самое хорошее?
   - Умение вести себя за столом. Я не чавкаю.
   Она хихикнула и покачала головой:
   - Нет. Ты всегда знаешь, когда не следует задавать вопросы. Это что: интуиция или умение?
   Я пожал плечами. Я знал, когда не следует задавать вопросы, это точно.
   После ее ухода я не спеша стал раздеваться, продолжая расхаживать по комнате. По сравнению с этой комнатой моя квартира, расположенная возле галереи Тейта, казалась собачьей конурой. Конечно, многие сознаются, что хотели бы стать богатыми, но согласитесь, все, что дает богатство, - это лишь шанс на то, что в хорошем настроении вы будете пребывать чаще, чем в плохом. Простыни были шелковыми, а абажур настольной лампы удерживался нефритовой фигуркой в фут высотой, на камине стоял маленький пейзаж Коро, продав который Уилкинс могла бы купить себе приданое. Я залез в кровать, и шелковые простыни зашуршали с легким шипением. Я как следует взбил подушку, чтобы показать, кто здесь хозяин, и лег на спину, удивляясь тому, что чувствую себя счастливым, ведь все это богатство принадлежало не мне.
   Перед сном я решил почитать письмо Уилкинс.
   Она ездила в издательство, выпустившее "Пятно позора".
   Оно расположено в трех комнатах над магазином возле Британского музея. Магазин используется для презентаций, а также как торговая точка. Я просил Уилкинс просмотреть выпущенные ими брошюры о европейских политических партиях, причем довольно эксцентричных, и постараться среди них найти партию, эмблемой которой является хлыст и которую обозначают как партия "И.". Память о хлысте не давала мне покоя долгое время. Уилкинс нашла то, что мне было нужно.
   Она приложила к своему письму небольшую брошюрку на немецком, на обложке которой была эмблема в виде хлыста. Поскольку Уилкинс знала, что я не читаю по-немецки, она выслала