На его лице было умиротворенное выражение.
   - Мы не обсуждали подобный вопрос.
   - Я рад. Но если бы вы задумались, я бы дал вам один совет. На первом месте у нее всегда стоят принципы. Забывает она о них, вероятно, лишь в одном месте, в постели.
   Мое замечание, видимо, кольнуло его, он слегка вздрогнул и медленно поднял глаза.
   - Вы проверили это на опыте?
   - Нет. Но я разбираюсь в женской психологии. Такие женщины относятся к особому разряду. Вам интересно меня слушать?
   - Не особенно, - ответил Стебелсон, вставая. Он взялся за ручку двери. - Веритэ спрашивала, сколько вы хотите яиц: одно или два?
   - Три яйца и четыре ломтика ветчины. Я предпочитаю путешествовать на сытый желудок. Скажите мне: по какому признаку мадам Вадарчи отобрала Лотти Беманс и Кэтрин Саксманн в качестве кандидаток на роль жены Зигфрида?
   - Зигфрида?
   - Вы же читали отчеты Веритэ. Такой светловолосый тип на "Комире". Кэтрин говорила, что мадам Вадарчи предвещает ей скорое счастливое замужество и золотое будущее. Вы бы видели, как сверкали ее глаза, когда она рассказывала. Так что это за признаки?
   - Не знаю, - ответил он таким голосом, как будто у него одеревенел язык. - Он повернулся и пошел узнать, как там яйца.
   Когда я вошел в столовую, Стебелсон уже ушел. Веритэ сидела возле серебряного подогревателя, в котором стояли кофе и яйца. Я подошел, поцеловал ее в лоб и сказал "доброе утро", а она одарила меня любящей улыбкой. Мы могли бы быть женаты десять лет и по-прежнему парить в дымке медового месяца. И это меня беспокоило. Не потому, что я был против, а потому, что опыт показывал, что мой гороскоп не предусматривает подобных вещей.
   В аэропорту, пока Веритэ была занята оформлением билетов и багажом, я пошел к киоску купить сигарет. Когда я распечатывал пачку, неизвестно откуда возник Казалис, держа в руке зажигалку, и