т перевала Эйкен, на немецкой стороне границы. Люблю. В.".
  
   Она была совершенно права. И мне не пришлось испытывать трудности в поисках этого озера.
  
  ***
  
   В девять вечера я встретился с молодым человеком в спортивной куртке и плотно обтягивающих брюках из саржи. У него были песочного цвета усы и тирольская шляпа с пером. Когда его старый "мерседес" тронулся с места, стало совершенно ясно, что независимо от степени изношенности самой машины ее двигателям всегда был обеспечен заботливый и любящий уход.
   Парень оказался англичанином и всю дорогу непринужденно болтал на самые разные темы. Я не перебивал его.
   В Шарнитце мы пересекли австро-германскую границу и двинулись на север, в сторону Мюнхена. Миль через пять свернули с главного шоссе вправо. Время от времени сквозь деревья мелькала водная гладь озера.
   Проехав еще мили четыре, машина резко свернула влево, выехала на узкую дорогу, и фары высветили фасад низкого здания, выложенного из серого камня, с окнами, прикрытыми ставнями.
   Мы объехали здание и вошли в него сбоку. Мой провожатый провел меня по длинному коридору, в конце которого оказалась старомодно обставленная кухня.
   Там я увидел Сатклиффа. Он сидел за кухонным столом; перед ним стояла тарелка с холодной говядиной и салатом.
   Он поднял глаза и посмотрел на парня, который стоял сзади.
   - Отлично, Ник. Я позвоню, если ты понадобишься.
   Я услышал, как позади захлопнулась дверь. Сатклифф жестом пригласил меня сесть на стул, стоящий у другого конца стола, напротив него. На столе стояла бутылка виски, сифон и стакан. Я сел на стул и приготовил себе выпивку. Сатклифф отправил в рот салат и пожевал его, изучающе глядя на меня.
   Мне не понравился его взгляд. Впрочем, мне он никогда не нравился.
   Проглотил салат и сказал:
   - Начни с начала - и рассказывай все, ничего не пропуская. Ничего.