о должно завершиться. Уверен, ты не будешь против. Потом ты поймешь, что в этом был смысл. И не забудь отдать ту коробочку с таблетками, которую ты взял у фрау Шпигель. А сейчас сиди и пей свое виски.
   Сатклифф сунул руку под стол и нажал на кнопку звонка, вызывая Ника. Он по-отечески улыбался, потому что ситуация сейчас была полностью под его контролем. Карвер проделал неплохую работу, конечно, в пределах его возможностей. Карвера изолируют, и он будет молчать. А где-то всего в пятидесяти милях, среди холмов, запряталось озеро, в котором ради какой-то выгоды можно позволить утопить Лотти или Кэтрин.
   Перед моим мысленным взором возникла Кэтрин - такой, какой я впервые увидел ее на брайтонской пристани: дымчатые синие глаза и ветер, играющий золотыми волосами. Я увидел ее лицо в тот момент, когда склонился над ней на заднем сиденье автомобиля, стоящего на холме. Увидел полоски песка на ее ногах в "Мелите" и ощутил внезапную, острую боль и страх за нее. Не важно, кто она, - у нас не было возможности узнать друг друга ближе, но я хотел, чтобы такая возможность появилась. Господи, человеку должны даваться возможности, или он сам должен находить их, но неужели для этого ему нужно становиться рыцарем в сверкающих доспехах? Он может быть и учеником средней школы в Гонитоне, и мелким агентом из Лондона, вечно сующим всюду свой нос куда не следует, и постоянно превышающим свой кредит в банке. Он может быть кем угодно, пока в его груди бьется сердце и пока у него есть смелость плюнуть в глаза стоящей над ним власти.
   Я услышал шаги Ника, идущего по коридору.
   Сатклифф выпустил облачко дыма. Когда оно рассеялось, я увидел, что он сунул руку в карман и в следующий миг наставил на меня пистолет.
   - Без глупостей, Карвер, - сказал он мягко. - Поверь, мне весьма симпатичны твои чувства. Но лишь до определенных пределов.
   Позади меня Ник открыл