е-то время он развлекался игрой с тремя-четырьмя сводчатыми светильниками, установленными вокруг чаши. Минут через десять появилась мадам Вадарчи. На ней было длинное белое платье, на голове - одна из ее больших уродливых шляп, а в руке - зонтик от солнца с бахромой по краям.
   Она присоединилась к профессору, они подошли к краю озера и сели на скамейку под плакучей ивой. Старик курил, мадам Вадарчи читала газеты - обыкновенная, невинная парочка, наслаждающаяся утренним солнцем.
   Час спустя появился Зигфрид. Облаченный в купальные трусы и спортивные сандалии, он присоединился к компании, сидящей под ивой, пару раз отжался и сделал несколько переворотов. Затем я увидел, как во двор вышла Кэтрин - она направилась прямо к ним.
   Я наставил на них бинокль. Кэтрин была одета в махровый халат, а светлые волосы были собраны на затылке и туго перетянуты резинкой. Она повернулась ко мне боком, и я увидел ее профиль - она смеялась, разговаривая с какой-то девушкой.
   Светлые волосы Кэтрин, ее синие глаза, загорелая кожа, то, как она ходила и смеялась, - все это по-прежнему околдовывало меня. Полминуты я зачарованно смотрел на нее, думая о том, как глупо вел себя с ней, а затем перевел бинокль на вторую девушку. Она была чуть выше Кэтрин, тоже светловолосая, свой купальный халат она несла в руках. На ней был лишь белый купальник. Очевидно, это была Лотти Беманс.
   Когда они подошли к остальным, Зигфрид поднялся к ним навстречу и обнял обеих за плечи. Он держался с ними совершенно по-свойски.
   Он указывал рукой на озеро, что-то объясняя. Девушки положили свои халаты на скамью, сняли сандалии и встали у берега озера. Я увидел, как Зигфрид опустил руку, и девушки, словно торпеды, нырнули в озеро. Мое поле зрения было ограничено оконной рамой, и я видел лишь кусочек озера. Они скрылись из виду, и я подумал, что они почти ничем не отличались друг от