а из зала вместе со всеми и исчезла. Никто, кого я потом спрашивал, ничего не знали о ней. Парочка Вадарчи исчезла также. Вполне возможно, что Мэнстон и Сатклифф выследили их, но мне они ничего не сказали. Такая девушка, как Кэтрин, обязательно бы появилась в каком-то другом месте. Я думаю, что они знают, где она и чем занимается, но молчат об этом - точно так же они ничего не сообщили прессе о том, что произошло в замке. Поэтому если у вас возникнут какие-то сомнения, вы вправе назвать меня лжецом.
   Конечно, я немного заработал. Неплохие чаевые от Малакода и, правда после некоторой борьбы, обещанный гонорар от Сатклиффа. Он передал мне деньги, сопроводив это таким выговором, который я еще никогда не получал. Но меня он как-то не задел. С первых же его слов я вошел в некий транс и вынырнул наружу, только когда разнос закончился.
   Я ожидал головомойки и со стороны Уилкинс и был готов к этому. Но она лишь продемонстрировала удовлетворение тем, что я благополучно выпутался.
   Ах да, хлыст. Я получил его примерно через месяц. Теперь я держу его на своем столе, в том ящике, где Уилкинс хранила трудные дела.
   Его принес Мэнстон. Он вообще был очень любезен.
   - Я взял его после взрыва. Подумал, что тебе наверняка захочется иметь его. Ты должен держать его под рукой, чтобы управляться с такими девицами, как Кэтрин. Стебелсон оказался умнее тебя. Он понял, что нужно отказаться от нее в тот момент, когда она увидит Алоиса. Вот почему он продал всю информацию Говарду Джонсону. Ну и за немалые деньги, конечно. Продал все, что знал. Но ему ничего не досталось. Фрау Шпигель отвезла его на пикник к озеру Заферси, а через несколько недель его выпотрошили.
   - А Говард Джонсон?
   - Уехал в Москву.
   Я взял хлыст:
   - А тот седоволосый старик с протезом? Наверное, по нему скучают в какой-нибудь синагоге.
   - Не только там. А ты разве