остатки кофе в чашку, на четверть наполненную сахаром, и, поглотив за один присест полчашки, крякнул от удовольствия:
   - Восхитительно. Ты знаешь толк в кофе.
   - Он назвался Говардом Джонсоном или как-то в этом роде.
   Пытался склонить меня к работе на американскую разведку и гарантировал хороший заработок.
   - Молодой пижон? Похож на полузащитника из университетской команды и ведет себя так искренне, будто его воспитывали на Урале?
   - Да, точно.
   - Старина Говард. Про него можно сказать - из молодых, да ранний. С детства стремился быть первым во всем, но когда у него начал ломаться голос и появились прочие признаки половой зрелости, он выдохся. Но они продолжают тратить на него уйму денег и надеются, что в один прекрасный день он снова окажется на высоте. Ну а что с Малакодом?
   - Может быть, ты что-то о нем знаешь? Он нанял меня. Но не ответил ни на один мой вопрос.
   - Доверяет тебе.
   - Мне понравилась его улыбка. От нее светлее на душе становится.
   - Тебе нужно носить темные очки.
   - Он был так щедр, - сказал я, - что отдал свою секретаршу целиком в мое распоряжение - она будет моим компаньоном, гидом, советником и другом. Ее зовут Веритэ Латур-Мезмин.
   - Какого года вино?
   - Около тридцать пятого года, вкус довольно слабый. Но думаю, после фильтрования станет лучше. Так или иначе, она отправится за Вадарчи вместе со мной.
   Казалис состроил гримасу и сказал:
   - Не думаю, что нам это понравится.
   Я понял, кого он имеет в виду, говоря "нам", но меня это не волновало.
   - С этим вы ничего не можете поделать, - сказал я. - И я тоже. А как насчет этой квартиры? Я больше не хочу принимать гостей.
   - Полагаю, ты сможешь с ними справиться. Но я бы на твоем месте остерегался. Будь в баре отеля "Георг V" каждый вечер между шестью и половиной седьмого. Начнем с сегодняшнего вечера.