то легко задавит
  любого человека. Достаточно лишь окружить себя тем, что было ему... дорого -
  слово неверное, для такого нет и не может быть ничего дорогого. Тем, что ему
  важно, - так будет точнее. Если кому-то не жаль своей души...
   Николай Степанович ни в какие души не верил. Теперь еще и в... "гхм,
  колдунах" разуверился. Окончательно.
   Они снижались.
   На зеленую и голубую, подернутую облачными вуалями, неприятно чужую и,
  надо полагать, твердую планету. Они снижались.
   Работал только один двигатель из четырех. Модуль должен был не садиться,
  пусть и очень быстро, он падать должен был, закручиваясь вокруг своей оси,
  однако Тихий каким-то чудом вел машину ровно, вовремя гася вращение,
  предупреждая судорожные рывки.
   Айрат сидел в своем кресле, уронив голову на грудь. Жив он или умер уже,
  со стороны было непонятно. Тихий знал наверное, но Тихого боялись отвлекать.
  Те, кто сидел ближе к нему, завороженно смотрели на скользящие по
  многочисленным кнопкам и рычагам тонкие пальцы. Те, кто сидел дальше,
  паниковали. Пока молча.
   Поверхность планеты становилась все ближе. Слишком быстро снижался
  модуль. Слишком... И только мелькнувшие недавно совсем рядом пылающие
  обломки чего-то невероятно огромного подсказали, что снижение еще не стало
  падением. Еще не...
   Машина вздрогнула. Застонала. Вздрогнула снова. И снижение замедлилось. В
  первые секунды показалось, что модуль