о нет, так что за подрыв дисциплины ты мне
  ничего не впаяешь...
   - В трюм. Рысью, - тем же спокойным тоном скомандовал Тихий уже на
  английском. - Двадцать отжиманий
   - Но... Понял.
   Азат выбрался из кресла, прошел мимо фон Нарбэ и Улы, проводившей его
  удивленными глазами. Из полупустого трюма голос его прозвучал гулко:
   - Тихий, ну ты зверь, как здесь отжиматься?
   - Быстро. - Машину чуть тряхнуло. - Или тебе посчитать?
   - Я не умею, когда трясет.
   - Чему тебя учили полтора года?! - зарычал Азамат, вновь чуть встряхивая
  вертолет. - Сорок отжиманий.
   - Сто. Приступай. Я считаю.
   Оставшееся до посадки время Тихий спокойно, монотонно, но довольно быстро
  вел отсчет. В шлемофоне отдавалось тяжелое дыхание Пижона. На счет "сто"
  вертолет коснулся земли.
   - Герой, - хмыкнул Тихий, когда взмокший Азат выбрался из трюма. - Иди
  представь майора остальным. Ты это умеешь.
   - Как его там? - уточнил Пижон, вытирая вспотевшее лицо. - Фон кто?
   - Фон Нарбэ, - без эмоций напомнил пилот. - Дитрих фон Нарбэ. По прозвищу
  Гот.
   - Что ж ты раньше не сказал? - сердито спросил Азат и шмыгнул носом. -
  Готом и будешь, без всяких там фонов. Аида, пойдем уже.
  
  ***
  
   Оставшуюся часть оборудования грузили очень быстро. Тихий торопил бойцов,
  хмуро поглядывал на лес. Когда погрузка была уже практически закончена,
  велел Уле забраться в кабину грузовика и не высовываться оттуда. Затем он
  подозвал