остановиться совсем.
   На характерные звуки выстрелов наложились вдруг человеческие голоса.
  Невнятные пока, но узнаваемые. Вот Кинг заорал. А это Крутой и Пуля опять
  выясняют отношения. Крутой и Пуля. Которые сидят здесь же, в модуле, и
  молчат. Как-то особенно молчат.
   - Всем оставаться на местах, - рыкнул Айрат. Обвел взглядом бойцов и
  отвел глаза. Если у него такое же синюшно-бледное лицо, боевой дух в
  отделении должен вот-вот уйти в минуса. Командиру бояться не пристало.
   А как тут не бояться? Он услышал свой голос снаружи и прекрасно понял всю
  особенность молчания Пули и Крутого.
   Тихий, что, и об этом знал?
   Нет. Не мог. Он ведь и сказал, что не знает. Просто перестраховался.
   В стену модуля начали долбить. По-прежнему ревел вертолет.
  Переговаривались люди. Лучеметы... еще стреляли. А может, звуки стрельбы
  воспроизводили невидимые лесные пересмешники? Есть такие птички на Земле.
  Маленькие. Маленькая птичка может голову разбить, стучась в эти стены, -
  даже Джокер ни звука не услышит.
   - Оно большое, - сказал негр, словно услышав Мысли Пенделя. - Но дедушка
  смотрит на юг. Оно сюда не придет.
   Зря он сказал "оно". Суеверная дрожь пробрала до кончиков пальцев. А в
  стену продолжали долбить.
  
  ***
  
   Пендель бросил взгляд на хронометр. Тихий говорил "минимум семь часов".
  Четыре прошло. Можно надеяться, что Пижон уже летит обратно. Кем бы ни были
  твари