чей. Не
  горячее, впрочем, топливных баков десантного модуля после аварийного
  приземления.
   - Пендель, - окликнул Азат негромко и перешел на татарский:
   - Ты меня слышишь?
   - Пижон? - голос Пенделя был полон недоверия.
   - Да. Зверь... э-э, Тихий сказал, что ты откроешь, если я с тобой
  по-татарски заговорю. Иначе, сказал, пошлет. Ты пошлешь, значит. Меня. Так
  вот я пришел и говорю по-татарски. Мы...
   - Это Пижон, - услышал он изнутри. Пендель, похоже, разговаривал там со
  своими. - Столько лишних слов только он говорит.
   - А ты кого ждал? - озадаченно спросил Азат у двери.
   - Тебя, тебя. - Люк отполз в сторону, и яркий свет ударил по глазам.
  Пижон зажмурился.
   - Заканчиваем погрузку. Только быстро. - Пендель недовольно оглядел
  выжженную пустошь. - Ты хорошо здесь почистил?
   - Если кто и остался, он сейчас бежит подальше отсюда. А это что? - Глаза
  наконец-то привыкли к свету, и Пижон разглядел висящую возле дверей
  высушенную голову.
   - Это дедушка Джокера, - отмахнулся Пендель. - Все, парни, за работу.
  Айда-айда!
  
  ***
  
   Обратно добирались, уже приняв стимуляторы. Погрузка вымотала
  окончательно. Пижон, единственный, кому в эту ночь удалось поспать, взялся
  вести "Мурену". Ка-190 в управлении был намного сложнее грузового вертолета,
  и сажать в него кого-нибудь из пятерки Пенделя, пусть даже после приема
  стимулятора, было рисковано.
   - Башка,